После собрания Людмила Ивановна попросила остаться членов родительского комитета.
— Уважаемые члены комитета, — обратилась она к ним официально, Людмила Ивановна работала в школе уже тридцать лет и всегда старалась избегать личных отношений даже с родителями выпускников. Никаких просьб, задушевных разговоров, это было еще советское отношение к субординации. И вот сегодня она впервые старалась подобрать нужные слова, впервые думала, как достучаться до их сердец.
Фото по лицензии pixabay.com
Учительница сделала паузу, посмотрела в окно на облетающие под порывами ветра последние листья и продолжила:
— Вы знаете семью Тюриных – четыре мальчика и родители. Один из детей учится в нашем классе – Коля Тюрин, двое в четвертом — Сережа и Дима. А старший мальчик у них инвалид, ему четырнадцать лет и у него ДЦП — серьезная форма, мальчик нуждается в постоянной помощи.
— Мы в курсе, Людмила Ивановна, — сообщила председатель комитета Дружинина. – Эта семья у нас числится как нуждающаяся, мы деньги собираем на различные мероприятия с расчетом на Колю.
— Этого мало, мои дорогие. В прошлом году, когда ваши дети пришли в первый класс, я делала обход семей, ну вы знаете. Была я и у Тюриных, но старший мальчик тогда лежал в больнице. Я, разумеется, знала о ситуации в семье, но не видела. На прошлой неделе я опять побывала дома у Тюриных. Понимаете, Степан – очень талантливый мальчик, он рисует, хорошо разбирается в компьютере, но ему нужна постоянная реабилитация, а главное, хорошая инвалидная коляска. Есть благотворительный фонд, который собирает средства на эти цели, но набрано меньше половины суммы, Степан – не единственный их подопечный.
— Вы хотите, чтобы мы собрали деньги? – спросила Семенова.
— Вы же ведете чаты, может просто объяснить ситуацию и дать координаты фонда? – спросила Людмила Ивановна.
— Мне кажется, это будет малоэффективно, понимаете, сейчас мало доверяют этим фондам. И потом…
— Мы в прошлом году собирали на цирк и подарки на новый год, большинство родителей возмутились, что им пришлось заплатить за билет и подарок Коле. А какая сумма требуется?
— Сто двадцать четыре тысячи.
— Прилично.
— В классе, где учатся близнецы, открыли сбор. Мы попросили устроить благотворительную акцию в школе, просто я подумала, помочь семье одноклассника своего ребенка – дело важное. И вопрос ведь не в сумме, мы очерствели, как будем воспитывать в детях доброту? Ладно, вот координаты фонда, подумайте, что можно сделать. Я перевела на счет часть зарплаты, не хотела об этом говорить.
Через неделю по родительским чатам разошелся ролик о фонде и его делах. Профессиональная работа креаторов, монтажеров не могла оставить равнодушной, и на коляску Степке собрали быстро.
В конце первой четверти к Людмиле Ивановне подошла Дружинина, председатель родительского комитета.
— Вы были правы, я думала о наших родителях хуже, чем они есть на самом деле. После коляски для Степы мне стали писать родители нашего класса, они хотят поучаствовать в подобных сборах.
— И это замечательно, но я чем могу помочь?
— Помните, мы запланировали экскурсию на зимние каникулы? Часть родителей предложила направить собранные деньги на операцию девочке, а вместо экскурсии организовать своими силами квест. Я пришла поинтересоваться – вы не против?
— Как я могу быть против? Хорошо бы детишкам объяснить, куда пойдут деньги, добру учить надо. Какие же вы славные, благотворители из 2 «Г»!