Если это не свет фонарей – она пропала, он обязательно догонит ее. О том, что он с ней сделает, думать не хотелось. Левая ступня саднила, тонкие носки – плохая защита в заросшем лесу, а Рита успела надеть только правый ботинок. Она вся превратилась в слух, он приближался, она точно знала. Если не случится чудо – он обязательно ее догонит, ведь он знает этот лес лучше.
Фото по лицензии pixabay.com
Удивительно, она еще что-то успевает замечать, о чем-то думать, казалось, ужас, опутавший столь плотно, мешает даже дышать. Это была старая заброшенная трасса, автомобили на ней – редкие гости. Рита бежала по разбитому асфальту, прислушиваясь к звукам, доносящимся из леса, вздрагивая от хруста веток, от шума ветра в кронах. Светлело, летние ночи, к счастью, коротки. В розоватой дымке раннего утра, она заметила, что полоска леса исчезает в тумане. Внизу виднелись редкие черные строения – деревня, только бы не заброшенная, только бы в ней были люди!
Наконец лес рассыпался на редкую, мелкую поросль, сбегая с обочины, она обернулась – по трассе за ней бежала темная фигура. Первый дом оказался пустым, Рита подгоняла себя – быстрее, быстрее, он уже сворачивает с трассы. К счастью, калитка следующего дома оказалась отворена, девушка вбежала во двор и бросилась к крыльцу.
Мужчина остановился у заброшенного дома, спрятался в тень завалившегося забора и с интересом наблюдал, как девушка стучала в окна, как на крыльце появилась мужская фигура, а за ней и женская, а потом все они скрылись внутри. Он тяжело вздохнул и отправился обратно.
Рита с трудом удерживала кружку в руках, руки тряслись настолько, что холодная вода выплескивалась на грудь, и от этого на куртке растекалось мокрое пятно.
— Хичкок, это Хичкок, — повторяла она.
Хозяева дома, супружеская пара средних лет с интересом смотрели на гостью и ждали, когда та успокоится.
— Может, молочка налить? — участливо спросила хозяйка. — Меня Аней звать, а это муж мой Сергей.
— Ри-та, — с трудом выдавила девушка. Анна подогрела молоко, добавила в него меда и протянула.
— Мы можем вам чем-то помочь? – не выдержал Сергей.
— Подожди, видишь, девушка никак не успокоится.
— Да, но сейчас проснутся дети, они просто испугаются.
— Дети, у вас есть дети? Но он опасен, он – самый настоящий маньяк.
— Кто опасен?
— Герман, владелец старого пионерского лагеря. Он выкупил его и хочет сделать турбазу, но он опасен, — девушка зарыдала.
— Ну, милая, давайте вы отдохнете, снимите куртку, у нас тепло.
Девушка послушно стянула ветровку, и хозяева заметили кровавый след на ее руке.
— Что это? – вскрикнул Сергей.
— Он хотел меня убить.
— Тот самый Герман? Но надо вызвать скорую, полицию.
— Да, конечно, обязательно надо. И заприте дверь до их приезда.
Пока ждали полицию, Анна обрабатывала рану, а Рита рассказывала свою историю.
История Риты
— Познакомились с ним на сайте, он мне показался милым, воспитанным, мы гуляли по городу, все было просто замечательно. Он говорил, что одинок, пару лет назад схоронил свою маму, единственного близкого человека. А потом я пригласила его к себе, он рассказывал, что продал квартиру, чтобы исполнить мамину мечту – выкупить пионерский лагерь, где та часто отдыхала в детстве, а потом он предложил приехать сюда. Я воспринимала все как загородную поездку, и мне действительно было интересно, хотела посмотреть на этот лагерь, оценить потенциал - я работаю в туристической сфере.
Лагерь сильно разрушен, сравнительно целым остался всего один корпус, даже не корпус – флигель. Природа, конечно, замечательная, но вложений эта затея требует много, даже коммуникации разворованы. Я сказала это Герману…
У Альфреда Хичкока есть фильм «Психо», там девушка попадает в отель, хозяин которого, молодой человек, страдает раздвоением личности: он одновременно и молодой мужчина, и его мать, которую он сам когда-то убил. Герман, после моих слов, превратился в старую фурию, он не был мужчиной, передо мной была рассвирепевшая старуха в мужском теле. Она кричала, мол, кто я такая, чтобы рушить ее мечту, чтобы вставать между ней и сыном. А потом она схватила нож…
Не знаю, как мне удалось вырваться, я даже схватила куртку, висящую на двери, но обуться не успела. Я до сих пор не понимаю, почему он сразу же не бросился за мной, почему дал мне возможность бежать?
— Все позади, — Анна гладила по голове девушку, и все время повторяла эту фразу. Она повторяла ее и когда приехала полиция, а за ней скорая.
Через два дня дверь палаты, где лежала Рита, отворилась, и на пороге возникли Анна и Сергей. Женщина принялась разгружать какие-то пакеты, банку с молоком, а Сергей придвинул стул и сел напротив девушки.
— Как вы себя чувствуете?
— Уже хорошо, меня должны скоро выписать, раны оказались неопасными. Вы не знаете, что с Германом?
— Его арестовали, но скорее всего, поместили в клинику. Жуткий случай.
— Мы хотели бы поблагодарить вас, Рита, — сказала Анна.
— Меня? Это я вас благодарить должна.
— Понимаете, мы совсем недавно переехали в деревню, сбежали из города. Жителей в нашей деревне мало, вокруг лес, речка, короче, мы с детьми чувствовали себя в безопасности, и кто знает, что могло бы случиться. Мы с Сережей пересмотрели этот фильм. Страшно.
— Страшно, — согласилась Рита. – Но ведь все позади?