Юлия Александровна, наконец, решилась — позвонила сыну и попросила приехать. Пока ждала Андрея, затеяла пирог, разговор предстоит трудный, будет лучше, если он пройдет за чашкой чая.
Женщина смотрела на осунувшееся лицо сына, на темные складки, исчертившие высокий лоб — Андрей выглядел уставшим. Если бы она могла уберечь его от того, что сейчас услышит! Но она слишком долго защищала его, слишком много сделала ошибок.
Фото: по лицензии CC0 Pxhere.com
— Сынок, у нас проблемы, твоя дочка Ксюша больна анорексией.
— С чего это ты взяла? — поперхнулся Андрей. – Что ты выдумываешь, нормальная девчонка – подросток. Сейчас худенькие в моде.
— Ты знаешь, сколько она весит? Она весит 38 кг при росте 160 см. Это очень мало. Я наблюдаю за ней уже месяц, просматриваю ее странички в соцсетях, ее интересы, ей нравятся истории похудения.
— И что? Мама, ты делаешь проблему на пустом месте! И что это за шпионаж, в конце концов?
— В прошлые выходные она гостила у меня, я испекла ее любимые пирожки, она съела несколько штук, а потом закрылась в ванной. Она избавляется от пищи, так делают те, у кого уже проблемы с психикой. Ты посмотри на ее фото, - Юлия Александровна развернула монитор в сторону Андрея, — посмотри на нее в обтягивающей одежде. Я знаю, дома она ходит в этих невозможных худи, в мешковатых свитерах, скрывающих, какая она стала.
— Если бы была проблема, Катя обязательно заметила.
— Катя, — горько усмехнулась мать. – Я знаю, ты много работаешь, тебе не до жизни, которую ведут твоя дочь и жена в интернете. Посмотри на страницу Кати, там какой-то выдуманный мир – фотографии в студиях, дизайнерская сервировка правильной пищи. Я знаю, так живут сейчас многие, живут ради глянцевой оболочки, совершенно не интересуясь тем, что внутри.
Андрей рассматривал фотографии, которые опубликовала Катя, и темная складка на лбу становилась глубже.
— Я не знал, — наконец произнес он. – Но все равно, мне кажется, ты преувеличиваешь.
— У проблемы Ксюши даже есть название, психологи называют это синдромом Барби.
— Барби?
— Да, Барби – куклы, которую так любит твоя дочь. Сколько у нее в коллекции таких кукол? Сотня или больше? Я никогда не задумывалась о том, что игрушка может нанести вред, дарила на все праздники. Я вообще очень много ошибок совершила.
— Но кукла! Какое-то безумное объяснение.
— Эта красотка родилась в США в 1959 году, а прототипом послужила Лилли - героиня комиксов для взрослых из немецкой газеты. Позже была выпущена и кукла Лилли, именно ее взяла за основу Рут Хэндлер, создательница Барби.
— Ничего себе…
— Она переработала дизайн, и впервые девочкам предложили взрослых кукол с ярким макияжем и неестественными пропорциями, предложили образец для подражания.
Куклу часто критиковали, весьма обоснованно. Специалисты даже провели исследование, женщине с пропорциями Барби не хватало бы 20% массы тела для нормальной репродуктивной функции, они просто не могут стать матерью. Двести девочек в возрасте от 5 до 8 лет участвовали в опросе, большинство из них заявили, что хотели бы иметь фигуру как у Барби. И это в пять лет! Желание быть как Барби растет с возрастом, и вот уже девочки пытаются подогнать собственную фигуру под выдуманные стандарты.
— Андрей, это все очень серьезно.
— Но ведь эти куклы у всех, почему именно Ксюшка?
— А ты не догадываешься? Вспомни, что я тебе говорила, когда была тобой недовольна? Я говорила: «мне за тебя стыдно» или «что скажут соседи». Смысл жизни Кати – демонстрация хорошей картинки окружающим. Кстати, она, действительно, готовит блюда, которые на фото?
— Нет… Мама, что делать?
— Психолог нужен, я присмотрела варианты. Но главное, ты должен поговорить с Катей, объяснить ей все, иначе это сделаю я. Кате надо вспомнить о том, что она мать. И почему она не работает?
— Она ищет работу.
— Андрей, я слишком долго решала твои проблемы, но ты вырос, тебе пора становиться мужчиной и брать ответственность за свою семью. Отправь жену на работу, у нее останется меньше времени на глупости, она будет вынуждена повзрослеть, вспомнить о материнстве. Но с Ксюшей надо очень осторожно, никакого давления.
— Я понимаю.
— Все, сынок, тебе пора. И прости меня за все, иногда слишком поздно понимаешь свои ошибки.
— Главное, что понимаешь.