Лиза ей не понравилась с самого первого дня, когда Артем привел девушку знакомиться. Людмила Олеговна волновалась, ждала невесту сына — пекла пироги и фаршировала курицу. Перебирала банки с домашними консервами, гадая, что лучше открыть, в результате открыла почти все.
Фото: по лицензии pixabay.com
С вечера накрутила бигуди и даже отгладила свою любимую лиловую блузку. Накрывая на стол, достала из шкафа хрустальную вазу.
Но ваза так и осталась пустой, цветы молодые не принесли. В этом, конечно, был виноват и Артем, но Людмила Олеговна винила, разумеется, его избранницу, — могла бы догадаться, рядом с остановкой всегда стояли бабушки с букетиками, и астры можно купить по цене мороженого.
Но если бы только цветы, слишком вульгарной показалась ей Лиза в тот, первый день: подростковая одежда, стрижка «под ежик», на ногах мужские ботинки, а ногти такого яркого цвета, что глазам больно.
Гостья у порога пробурчала что-то невнятное, глядя в телефон, и сразу устремилась за стол, даже руки не помыла.
— Деточка, ванная у нас слева по коридору, — не выдержала хозяйка.
Деточка вылезла из-за стола и пошла, не отрываясь от экрана.
За столом будущая свекровь все же попросила отложить телефон. Она хотела больше узнать о невесте сына, Лиза отвечала односложно, а то и вовсе не отвечала. Посидели они недолго, девица сообщила, что они уходят.
— Где ты с ней познакомился? - набросилась мать на Артема, когда он утром вернулся домой.
— В кафе, она работает официанткой.
— Официанткой...
— Да, после интерната мало кого в университеты берут.
— После интерната...
— Мама, что ты все повторяешь? Мы подали заявление, через месяц распишемся. Свадьба будет скромной, всего несколько друзей. Жить станем в ее квартире, ей как сироте выдали.
— Сынок, подумай, вы такие разные.
— Зато у нас общий ребенок. Мама, она беременна.
Людмила Олеговна сняла нехитрые накопления, передала их сыну. Свадьбу сыграли на эти деньги, Артем рассказывал, что все прошло великолепно, и мать радовалась, пусть сама и не видела сына в костюме жениха, ее просто не позвали.
Тимошка родился слабеньким, но, казалось, молодой маме не было никакого дела. На время Людмила Олеговна переехала в однокомнатную молодых, предложила, было, переехать к ней, но они отказались. Бабушка ходила по детским поликлиникам, готовила малышу и родителям, а вечером падала на раскладушку в кухне без сил.
Лиза молчала, понимая, что сама не справится, но когда малышу стало легче, стала выговаривать мужу, что чувствует себя в своем доме гостьей. Людмила Олеговна уехала к себе. Она так ждала звонка сына, но позвонил он только через пару месяцев, сообщив, что у них будет еще один ребенок. Людмила Олеговна согласилась забрать Тимошку только на время родов, но внук задержался, забрали они его, когда Максимке исполнилось полгода.
С того самого дня, когда Людмила Олеговна сказала сыну, что Лиза плохая партия, прошли годы, женщина больше не предпринимала попыток поговорить с Артемом, в конце концов, это его выбор. Но хуже всего было то, что Лиза оказалась никудышной матерью - внуки отставали в развитии, а все попытки поговорить на эту тему Лизой пресекались.
— Сын, твои дети растут Митрофанушками, недорослями, — убеждала она Артема.
— Мама, какие Митрофанушки, вспомнила Фонвизина, времена сейчас другие.
— Времена другие, а Митрофанушек все больше.
Она стала забирать мальчишек к себе, сначала на выходные, а потом и вовсе на недели и месяцы. И в это время занималась с ними, водила к логопедам и педагогам. Лиза сначала ворчала, а потом поняла, что свекровь освобождает ее от ответственности и даже обрадовалась.
В один из дней на пороге квартиры, где жила Людмила Олеговна вместе с внуками, появился Артем с двумя большими сумками.
— Я поживу с вами?
— Конечно.
— Я не ожидал, что ты окажешься такой хорошей свекровью, слишком хорошей.
— Артем, не стоит перекладывать ответственность на мои плечи, это был твой выбор, я его уважала, а тебе пора становиться взрослее.
Их разговор прервал пятилетний Тимошка:
— Папа пришел, — бросился он к отцу, протягивая книжку, — смотри, я научился читать!