Прибывшему на место преступления милиционеру потерпевшие так и говорили:
— А все этот Кашпировский.
— Кто такой Кашпировский, подозреваемый? – уточнил молодой оперативник.
— Это что же, милиционер? — спросила Валентина Петровна, которую в поселке за возраст уважительно называли по отчеству, у своей соседки Антонины.
— Милиционер, Петровна.
— Да кого же он найдет, если Кашпировского не знает?
— Молодой, — не то с укором, не то оправдательно ответил Федька-Ток. Ток, потому что работал электриком и был в поселке человеком уважаемым.
— Поясните, граждане, — среагировал на критику молодой оперативник Семенов, — кто такой этот ваш Кашпировский? Почему вы подозреваете этого гражданина в воровстве, — оперативник открыл список и начал читать, — четырех ведер и одного корыта, кастрюли пятилитровой, двух собачьих мисок, двух лопат, лейки, козы белой, шести кур и трех уток?
Фото по лицензии pixabay.com
— А еще белье у меня с веревки, почему в списке нет? – возмущенно прокричала Нинка Светлова.
— Ой, ну кому твое исподнее понадобилось, тем более ты его стираешь плохо, простыни вон серые всегда. Говорила тебе, кипятить надо с содой, — не упустила случая Антонина.
— Граждане, граждане, мы тут не шутки шутим, мы преступление раскрываем, а вы про исподнее. Так кто такой Кашпировский?
— Ох, сынок, доктор он по телевизору, — не выдержала позора молодого милиционера Петровна. – Лечит по телевизору.
— Это как? – не поверил оперативник.
— Ну как, садишься перед телевизором, а он вроде внушение органам делает.
— Это каким-таким органам?
— Внутренним, — не выдержал Ток. – Ой…
— Ну у кого каким: сердцу там, почкам, желудку, а вот еще суставам хорошо бы внушение получить.
— Мне кажется, тут надо в первую очередь с головой работать. Ну допустим, так он же из телестудии, из столицы внушение делает?
— Известное дело.
— А кто же по дворам вашим шерстил, кто все эти ваши ведра-лопаты собирал? Почему вы обвиняете Кашпировского в краже имущества?
— Какой ты, право, недогадливый, сынок, — голос Петровны даже задрожал. – Мамка-то у тебя есть?
— Есть, а это при чем?
— Может, ты голодный, а то пойдем, я чайку погрею, у меня пироги с капустой, покормлю, что-то ты соображаешь плохо.
— Я при исполнении, — грустно ответил молодой человек.
— Ну да ладно, как исполнишь, приходи, пойду пока чайку соображу, — сказала Петровна и отправилась домой, тяжело опираясь на клюку.
— Мы тебе о чем толкуем, преступники знали, пока выступает Кашпировский, мы из дома не выйдем, все у телевизоров сидеть будем. Вот они и воспользовались.
— Вон оно что, — наконец догадался оперативник. – А кого вы подозреваете, кроме Кашпировского?
— А что тут думать, у Веревкиных третий день гулянка, а там народец собирается лихой. Да только ты, сынок, один не ходи, вызывай подкрепление. Иди-ка лучше к Петровне, у нее пироги – облака, а не пироги.
Молодой человек воспользовался советом и убедился, что пироги Валентины Петровны вкусные. А добро, действительно, было обнаружено у Веревкиных, не все правда, часть уже реализовать и съесть успели, хорошо погуляли, одним словом, так им теперь года три не гулять. А все почему, потому, что телевизора у них не было, не могли Кашпировского смотреть!