Популярный телесериал «Склифосовский», освещающий повседневную жизнь Института неотложной помощи, знаком многим зрителям. Это название, или его как его коротко называют — «Склиф» – уже давно прочно вошло в обиход. Можно также вспомнить и знаменитую реплику из киноленты «Кавказская пленница», где прозвучало: «Короче, Склифосовский!». Вот тут-то невольно можно задаться вопросом: а много ли мы знаем про легендарного врача, чьё имя носит медицинское учреждение, которое призвано оказывать первую помощь пациентам, которых порою привозят туда уже на грани жизни и смерти…
Марка СССР, художник: В. Завьялов. Общественное достояние
Если поискать факты об этом человеке во всемирной Сети, можно найти информацию, что Николай Васильевич Склифосовский увековечил своё имя в летописи медицины, став олицетворением мужества, упорства и самоотверженной заботы о больных. Он служит образцом не только как выдающийся медик, но и как ориентир для всех, кто жаждет вершин в своей сфере деятельности. Его биография — это повествование о преодолении препятствий, неустанном поиске знаний и непрерывном совершенствовании.
Неплохо, конечно, но чуть-чуть суховато. Сегодня постараюсь рассказать вам о Склифосовском-враче, Склифосовском-учёном, Склифософском-человеке. Итак...
Что он мог вспомнить из детства? Только ужасающую бедность
Родившийся 6 апреля (25 марта по старому стилю) девятый ребёнок в семье, скорее всего, принёс родителям больше проблем, чем радости. И, тем не менее, после его появления на свет семья увеличилась ещё на трёх человек. Верующие родители предпочитали не предохраняться, о прерывании беременностей в этой семье даже речи не заводилось. Опираясь на евангельское «Бог дал – Бог взял», они воспринимали детей как дары свыше. Однако воспитать двенадцать человек сложно даже тем, кто не знает материального недостатка. Отца будущего светила науки, трудившегося на должности письмоводителя, и мать, которая жизнь отдавала заботе о детях, и поэтому не работала, к обеспеченным отнести было никак нельзя.
Когда родители поняли, что не справятся с таким большим количеством голодных ртов, четверых младших детей отдали в приют. Увы, в это число попал и Николай.
Очутившись в трудных для него условиях, вечно недоедавший и поэтому крайне худой, Николай стал объектом для издевательств со стороны более старших воспитанников. К удивлению тех, кто отпускал в его адрес колкие словечки, он умел стоять за себя, поэтому попытки отколотить хлипкого на вид мальчонку окончились полным фиаско задир. Его оставили в покое, а он долгие часы проводил с книгами в руках. Вышедшая как-то раз ночью на двор воспитательница изумилась, увидев сидящего на крыльце Николая Склифосовского. Он читал при свете… луны! (Жечь свечи без надобности в приюте строго воспрещалось). Пожалев мальчика, женщина стала покупать на собственные деньги самые дешёвые свечи, чтобы тот мог читать и заниматься по вечерам.
Старания не прошли даром, и в шестнадцать лет Николай Склифосовский окончил гимназию с отличием.
Студент и доктор наук одновременно. Такое может быть?
Скажу сразу: может! После окончания гимназии Склифосовский легко поступил в Московский университет на медицинский факультет. На тот момент ему казалось, что именно медицина была той наукой, которая являлась матерью всех знаний, которыми обладало человечество. Хотя молодой человек учился за казённый счёт, стипендия его была невелика, и бедность постоянно напоминала о себе все пять лет обучения.
На первой же практике, увидев в операционной кровь, Склифосовский в буквальном смысле съехал по стене вниз и потерял сознание. Правда, это случилось с ним один-единственный раз, и больше такого за ним замечено не было. Преодолев страх присутствия на операциях, Николай и в университете числился одним из лучших студентов. За тягу к изучению наук, за отличные знания, показанные на выпускных экзаменах, ректор разрешил молодому человеку в виде исключения попробовать выдержать экзамен на докторскую степень. И Склифосовский выдержал, став самым молодым в истории института доктором медицины.
Преподаватели видели во вчерашнем студенте своё продолжение, а он совершенно неожиданно на время оставил Москву и поехал в Одессу. Дело было в том, что Николай очень ощущал недостаток практики. Если бы он подал заявление на должность главного врача, его непременно бы взяли – светлые умы всегда были в медицине на особом счету. Вот только молодой человек, успешно прошедший испытания на звание доктора медицины, решил поработать отнюдь не главным врачом, а… простым ординатором в хирургической больнице, потому что чувствовал, что знания практикующего хирурга ему были куда важнее, чем высокие регалии. О них ли он тогда думал?
Со временем хирургия сузилась для него до онкологии. Если сказать точнее – до гинекологической онкологии. Трудов, в которых описывались бы женские болезни, на тот момент не было, и Склифосовский буквально совершил прорыв в этой отрасли медицины, опубликовав докторскую диссертацию на тему околоматочной опухоли. Труд оценили моментально, и молодому врачу посыпались предложения о публикации работ в разных научных изданиях.
А дальше? Дальше академия медицинских наук отправила молодого учёного в Европу – опять же набираться опыта. Но уже зарубежного.
Русский? Турок? Австриец? А какая, простите, разница?
Склифосовский относился к той категории врачей, которые не делали различий между званиями воинов и их национальностью. В качестве военного хирурга он принимал участие в австро-прусской войне. Бесценные практические знания, которые он приобрёл, находясь за границей, пригодились как нельзя лучше. За то, что он, рискуя жизнью, постоянно находился на передовой, Склифосовский получил в качестве награды железный крест, к которому остался… совершенно равнодушен. Свою миссию он видел не в погоне за воинскими званиями, а в том, чтобы спасти как можно больше людей – турок и русских, евреев и австрийцев, армян и цыган. Жена Склифосовского делилась с родными, описывая его рабочий день, так: оперируя иной раз в жуткой духоте, он мог не выходить из операционной палатки, проводя по три-четыре операции кряду. Возвращался к себе со страшной головной болью, и только очень крепкий кофе мог сделать из него снова нормального человека.
Однако самым главным достижением Склифосовского явилось то, что он первым начал стерилизовать хирургический инструментарий прямо в полевых условиях, подвешивая котелки с кипящей водой недалеко от тех мест, где велись сражения. Многие врачи восприняли эту рекомендацию «в штыки», ссылаясь на то, что во время боевых действий времени было очень мало, и стерилизация не считалась важной, поскольку не была прописана в правилах и указаниях по проведению полостных и травматологических операций. Тем не менее, время показало правоту Склифосовского: после того, как инструменты начали подвергать стерилизации, кривая смертности раненых резко пошла вниз, а сам он заслужил особое доверие среди простых солдат, которые, естественно, были очень далеки от медицины.
Личная жизнь, карьера военного врача и испытания, испытания...
Благодаря этим и прочим значимым медицинским открытиям Склифосовского, он был удостоен звания профессора Московского университета и возглавил хирургическую клинику. На этой должности он добился множества успехов, подготовив целое поколение талантливых последователей. Однако, если в его профессиональной сфере царил безупречный порядок, личная жизнь Склифосовского была омрачена многочисленными потрясениями. Ещё в молодости он познал ужасное горе: его дорогая супруга Лиза ушла из жизни в 24 года, оставив его с тремя малолетними детьми. Впоследствии он вступил в брак с их няней, Софьей Александровной Шильднер-Шульднер, которая подарила ему ещё четверых детей. Семейная жизнь с Софьей Александровной складывалась благополучно: она всегда поддерживала мужа, не делала различий между детьми, с достоинством справлялась с ведением дома, куда нередко заглядывали выдающиеся личности XIX века — Чехов, Толстой, Чайковский, Верещагин…
Несмотря на успехи в медицине и науке, жизнь Николая Васильевича Склифосовского была омрачена тяжёлыми испытаниями, связанными с его семьёй. Благосклонная к нему судьба как к блестящему врачу и учёному, оказалась жестока в личной жизни. Согласно изданию «Историко-культурное наследие Полтавщины» 1987 года, самым первым горем стала смерть младшего сына Бориса, скончавшегося в раннем детстве. Молодая жизнь старшего сына, Константина, оборвалась в семнадцатилетнем возрасте. Юноша стал жертвой туберкулёза почек.
Сильной трагедией обернулась судьба Владимира, ещё одного сына учёного. Будучи студентом, он оказался втянутым в ряды террористической группы, целью которой было убийство полтавского губернатора Митрофана Катеринича. Организаторы покушения рассчитывали на то, что Владимир, отец которого дружил с губернатором и был его личным врачом, получит возможность беспрепятственно приблизиться к намеченной жертве. Они были уверены, что именно Владимир Склифосовский совершит убийство Катеринича. Однако, столкнувшись с предстоящим злодеянием против человека, которого его отец считал другом, Владимир не смог его совершить; вместо этого он принял решение покончить с собой.
Марка Почты России. Художник-дизайнер – Карпова Н., общественное достояние
Трагично оборвалась жизнь Софьи Александровны. После революции она, уже будучи парализованной, стала жертвой налётчиков, которые, ворвавшись в усадьбу Яковцы, убили и её, и ухаживающую за престарелой матерью дочь Тамару.
Сложно говорить о том, как эти события отразились бы на жизни Николая Васильевича, будь он на тот момент жив. Жена и дочь были убиты уже после смерти великого врача, который перенес инсульт в 1900 году и через четыре года скончался.
Среди последователей Склифосовского были врачи, чьи имена позднее вошли в историю медицины – А.С. Таубер, М.В. Яновский, В.И Кузьмин. Они не только переняли его хирургические навыки, но и усвоили его научный подход, его стремление к постоянному совершенствованию, его гуманизм. Склифосовский всегда подчеркивал важность практической подготовки, и его клиника стала настоящей кузницей медицинских кадров, где оттачивалось мастерство и зарождались новые идеи.
Даже в преклонном возрасте, когда силы стали покидать его, Николай Васильевич не оставлял свою любимую работу. Он консультировал молодых коллег, проводил сложные операции, писал статьи. Личная жизнь, полная трагедий, научила его ценить каждый момент, каждый вздох. И он продолжал жить, отдавая всего себя служению науке и людям, до последних дней оставаясь тем выдающимся хирургом и человеком, чье имя стало синонимом мужества, таланта и беззаветной преданности своему делу.