В результате неспокойной политической обстановки в Западной Европе и России в середине 19 века была ужесточена цензура. Еще в начале марта 1848 года Николай I распорядился:
«Необходимо составить комитет, чтобы рассмотреть, правильно ли действует цензура, и издаваемые журналы соблюдают ли данные каждому программы».
Уже в марте 1848 года с этой целью был создан Особый комитет, председателем которого был назначен морской министр князь Меншиков. (2) 14 апреля того же года на смену временному меншиковскому комитету пришел постоянный секретный Комитет, прозванный «бутурлинским», по имени его председателя — графа Д.П. Бутурлина. Известен также как «Комитет 2 апреля 1848» — по дате первого заседания.
Официальное название этого органа было таким — «Комитет для высшего надзора за духом и направлением печатаемых в России произведений».
Этот комитет явился главным оплотом «цензурного террора» конца 1840-х — начала 1850-х годов. Он просуществовал до конца 1855 года (после смерти императора Николая I он был упразднен). За все годы существования комитета лишь «Северная пчела», «Библиотека для чтения» и «Москвитянин» получили его одобрение.
«Отечественные записки», «Современник» и другие прогрессивные издания были строжайше предупреждены. По докладам комитета был сослан в Вятку Салтыков-Щедрин, выслан в Спасское-Лутовиново Тургенев.
Цензуре, кстати, были подвергнуты не только новые статьи, но и уже опубликованные — в том случае, когда их собирались перепечатывать другие издания. Бутурлин даже в Евангелие смог усмотреть демократический характер, а в формуле «официальной народности» — революционность. В результате закрылись многие издания, в частности, «Литературная газета». А отдел литературной критики пришел в упадок.
