Франсуа Рабле (фр. François Rabelais) родился примерно в 1494 году в Шиноне (Турени, Франция), в семье судебного чиновника. Точная дата рождения неизвестна. Около 1511 года Рабле поступает во францисканский монастырь в Пуату. Эти монастыри в ту пору остаются в стороне от гуманистических устремлений и даже изучение греческого считают уступкой ереси, поэтому изучение Рабле латыни и греческого навлекают на него недовольство монастырского начальства.
В 1525 году епископ Жофруа д'Эстиссак берёт Рабле к себе секретарём. В 1530 году, оставаясь в духовном звании, Рабле появляется в известной медицинской школе в Монпелье и уже через шесть недель готов держать экзамены на бакалавра – несомненно, что медициной он занимался и прежде.
В 1531 году он становится врачом городской больницы в Лионе. В это время Рабле известен как врач, знаток современной и античной медицины, комментатор отца греческой медицины Гиппократа и римского учёного Галена, автор научных работ.
С 1532 года Рабле, занимаясь в основном врачебной деятельностью, несколько раз ездит в Италию, пишет и публикует ряд книг, основанных на одной из многочисленных народных переделок средневековых романов о деяниях великанов. Это «Страшные и ужасающие деяния и подвиги достославного Пантагрюэля», «Пантагрюэлево предсказание», «Повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля». Двенадцать лет спустя вышла «Третья книга», а следом – «Четвертая книга».
Это время отмечено переменами в религиозной политике Франциска I – репрессиями против сторонников Реформации и учёных-гуманистов. Теологи Сорбонны добиваются запрещения «грешных» книг Рабле. В 1547 году, гонимый католическими фанатиками, Рабле покидает Французское королевство и зарабатывает себе на жизнь ремеслом медика в Меце. Последнее десятилетие своей жизни выполняет и дипломатические поручения.
9 апреля 1553 года Франсуа Рабле умирает в Париже. Через 10 лет после его смерти выходит «Пятая книга».
Источники пятитомного романа, составляющего своеобразную энциклопедию французского Ренессанса, кроются в народной смеховой культуре средневековья, в карнавальных празднествах, отменяющих на время сословные привилегии, религиозные запреты и общественные нормы, в фамильярной площадной шутке, в уличной речи, не чуждой грубости и даже ругательств.
